Главная » Статьи об искусстве » ХУДОЖНИК ОСОБОЙ МИССИИ

ХУДОЖНИК ОСОБОЙ МИССИИ

Станислав Айдинян

Живопись Степана Ивановича Химочки в современном искусстве явление отрадное. Она пленяет прежде всего естественностью, широким и ёмким дыханием. Даже в миниатюрных работах художника есть духовный простор, будто ему удалось выразить саму суть Природы… Чувствуется, что пейзаж тут больше чем пейзаж, что в него совершенно органично вмещена и воплощена Красота, отраженная внимательной и свободной кистью.

К этой победе мастерства над бесцветьем и обыденностью будничного, неокрыленного взгляда, Степан Химочка поступательно шёл долгие годы.

Собственно его путь в живопись начался… еще до рождения. Он был, выражаясь символически, подготовлен генетически. Род живописца происходит из глубин украинского казачества, корнями прародичи его — сорочинцы, из воспетого Гоголем Миргорода. Дед по отцу, Иван Савич Химочка, расписывал церкви в Бессарабии, на Украине, в Молдавии, — в Слободзее,в Старой Сарычанке, Богородском, в Раскойцах, в Олонешты, Боргородышна, Каменном Мосту, Капланы. Под Белой церковью в двадцати километрах находится храм, сходный по архитектуре с собором Софии Киевской, архитектора Рождественского. В храме нем мозаика, созданная по эскизам Н.Рериха, и на большом кресте начертаны имена тех, кто участвовал в оформлении собора, среди них упомянут и Иван Савич… Степан Иванович ездил смотреть на этот крест – памятник делу рук его деда-изографа, умершего восьмидесяти шести лет в День Победы 9 мая в1945 года… Отец художника Иван Иванович, тоже художник, также начинал с церковных росписей, во время румынской оккупации получил высокое одобрение Митрополита, но времена изменились и потом приходилось ему работать по плакатной части. Василь Химочка, родной брат Степана Ивановича, живет в Киеве, он художник-монументалист, его творчество несет в себе иное осмысление мира, иное по палитре, по отношению к цвету. Его палитра несколько более аскетична. Но и Василь отдает дань традициям рода, написал свою Богоматерь. Это не икона, а сходная по канонике с иконой картина…

Сам Степан Иванович родился 25 декабря 1937 года в селе Староказачье, под Одессой.

После средней школы, которую окончил в 1955 году, и после армии, поступил в 1965 году в Одесское художественное училище им. М.Грекова, закончил его в 1965-ом. На четвертом курсе училища он основал в 1963 году художественную школу в г. Березовке Николаевской области. С 1966 по 1969 работал в Одесском художественно-производственном комбинате. Одесские годы дали С.Химочке немало в творческом отношении. Там он подружился с художниками, горевшими искусством. Среди них — Валентин Алтанец, — с ним совместно много позже они устраивали выставку в Музее западного и восточного искусства на Пушкинской улице Одессы. Не менее известен другой его друг, Андрей Антонюк, лауреат Шевченковской премии. К той же плеяде Степан Иванович относит исключительно известного в художественных кругах Одессы, Валентина Хруща, о котором сказал, что это художник “немалой чистоты, божественного, моментального хода и сложного фундамента”.

Немаловажно отметить участие С.Химочки в 1965 году в выставке “Одесса – Сегед– Варна”. В каталоге выставки — его холст “Утро” соседствует с произведениями столь известных, уважаемых художников как М.Божий, Вл.Стрельников и впоследствии уехавший в США яркий и самобытный Л.Дюльфан. В 1969-ом последовало поступление в Киевский художественный институт. Первые три курса С.Химочка учился на живописном факультете. Ему преподавали Пузырьков, Шаталин, Забашта, потом перешел на монументальный факультет, там учителями стали Н.М.Стороженко и Т.Н.Яблонская, которая очень тепло к нему относилась, написала однажды хороший отзыв… Шел интенсивный период художественного поиска, исканий. О раннем периоде своем Степан Иванович говорит, что его “три года мучил Ван Гог”, он многое воспринял у Ван Гога в русле понимания импрессионистических световых приемов, размышлял над наследием и других творцов-классиков, не только импрессионистов.

Закончив институт в 1975-ом, он тут же начал работать в цехе монументального искусства Киевского художественного комбината, жил в Киеве. Там осталась, своеобразным мемориалом его пребывания в столице Украины, монументальная орнаментальная роспись станции метро “Минская”. С 1976 года художник выполнил целый ряд больших монументальных проектов для Киева, Смоленска, Тольятти, Чернобыля и др. В 1980-ом году Степан Иванович уже принят в Союз художников СССР, стал и членом Худфонда.

Но через пять лет судьба С.И.Химочки вновь претерпевает новый плодотворный скачок – в 1985-ом году он уезжает из Украины … И уезжает в город, созвучный названием его фамилии. Это подмосковные Химки. В газетной статье он дал свою версию возможного происхождения этого названия. Он пишет, что по звучанию название родом “явно с юга, из Малой Азии, или Греции, или Пятиречья”… Он предполагает возможным, что название произошло от имени Химы – из присказки “Ехала Хима из Иерусалима”. “А содержание тут таково: ехала не Хима, а ехал Хима – посол с миссией в Иерусалим с Пятиречья или Хазарии с визитом и привез оттуда схиму или принял схиму. Хима – имя позже стало обозначением имени и фамилии”. Не забывает он указать и на созвучные греческие “химеры” и на древнееврейских ангелов света Элохимов. Вообще интерпретация имен – его давнее и настоящее увлечение, хобби. Так или иначе, уже в Химках, Химочка поступает на работу художником цеха монументального искусства Комбината художественных работ. Следует участие в массе выставок, особенно с 1990-го года. В 1991-ом его картины видели в Корее, в Сеуле. В 1992-ом прошел цикл подмосковных экспозиций в выставочных залах Химки, Долгопрудного, Тушино, в том же году – в конференцзале газеты “Известия”. Потом выставка в Киеве, в концертном зале, преобразованном из Церкви Власия. В следующем, 1993-ем, экспозиция Степана Химочки открылась в “Филлипс Арт Гэлари” в США, в Хьюстоне. За ней последовал в 1994 году Русский Салон в Мюнхене, в ФРГ, там же, в Германии он выставился и в Институте украинской диаспоры, и на Радио Свобода. 1994-ый год – выставка в священном для христиан городе Назарете, в Израиле, в галерее “Мансур”. Далее – его полотна на выставке “Подмосковье”, в ЦДХ, в Москве. И снова, в том же 1994-ом, поездка на Запад. Совместный с широко известными Ю.Абакумовым и Мих.Шемякиным вернисаж в галерее Клима Грановского, в Сан-Франциско, в США. Далее – многочисленные и разные выставки. И потом еще поездка в Штаты в 1997 году, когда Химочка около четырех месяцев писал картины для четырех салонов Хьюстона в штате Техас. Особо отметим ответственные “Золотую кисть” 1998-го и 2000 годов; также и выставку в элитарном клубе московских и одесских художников “Екатерининская площадь” в отеле “Космос”, в Москве в 2002 году.

Сказанного достаточно, чтобы понять, что Степан Химочка человек, прошедший многоплановый и непростой творческий путь. По периодам его творчество можно разделить на первый, академический, когда он постигал азы и тайны мастерства, потом последовал иной период — уже обретенного стиля и взгляда. Этот период представляют, например, отмеченное легким голландским влиянием полотно “Зима” (1975), украинское национальное по тематике “Послесловие” (1986), по-деревенски уютные “Обитель” (1986), “В степи” (1987). Этот период проникнут осознанием себя в живописи, раскрытием родной ему украинской национальной тематики. Критики писали о бесхитростной простоте, естественности, которую старался создать и отразить в тот период в своих холстах художник. Но это были еще, пусть и художественно полноценные, но все же версты на пути к настоящему самораскрытию, которое ждало художника в конце ХХ века, в 1990-ых годах, во второй их половине.

Дело в том, что кропотливое изучение света в живописи, многократные пробы и опыты определили замечательный рост мастерства С.И.Химочки. Творческие находки, его обретённая сила — именно в светопередаче. Впервые эта колея наметилась у него в полотне “Декабрьская ночь”(1987) и пошло дальнейшее раскрытие тайн освещенности, определяющей всецело настроение пейзажа. С тех пор как произошло это обретение, световая кантилена его холстов стала гармонически-звучной, музыкальной. От его картин стал струиться ровный и торжественно-полный зов Сердца, в котором раскрылась и выразилась Любовь к Природе, любовь к миру вещному и тварному, ко всему живому и сущему, поименованному и не имеющему названия. Во многих его работах появилось нечто от южнорусской школы, от Куинджи, верховного жреца мастерства освещенности… Особенно в одной работе – “Вечер в Бессарабии” (1996), где на небе — изумительно-розовые, живые и уютные облака… Было создано немало произведений и их переработанных вариантов. На новом, по сравнению с пройденным, этапе появились из под кисти целые серии работ. Показательны по прочно освоенному, гармоничному мастерству “Богоявленское Рождество” (1999), несколько иное по тональности “Зимнее утро”. Полноту световыразительности, образной цельности находим в “Зимней симфонии” (2001), — тут все от тональности до направленности и распространения света и цвета, по моему, замечательно Кажется — все реально, но на пороге этой реальности – вечной тенью стоит Красота. Она красноватым отсветом горит из окна, бликами фонаря из-за дома освещает ночь… Именно в этой световой уловленности Гармонии заключается сила С.Химочки. Не менее удачна и в цвете возвышенна премированная на городском конкурсе 2002 года работа “Вечер в Химках”, которой мог бы гордиться любой европейский художественный музей. Правильно заметила о романтике-пейзажисте искусствовед А.Чижикова: “Пишет Степан Иванович “чистую природу”, передавая ее сквозь призму своего представления, сказочного, поэтичного. Если в ранних натурных пейзажах художник стремится передать состояние природы (“Рассвет”, “Август”), то теперь он создает обобщенный образ, как бы сочиняет пейзаж (“Сад”, “Библиотека у моря”, “Декабрьская ночь”)”.

О сокровенном ему, говорит он сам, когда утверждает: “Важнейшее – духовное проникновение в природу и соединение с ней. Выступаю против Эго, эклектичного, дробного по своей сути. Не нужно умственного вмешательства человека в Естество. Не нужно нарушать Природу, ее циклы”. Еще Химочка говорит: “Пусть иным мой идеализм чужд. Но хотелось, чтобы мир шел по этому пути, к чему и прилагаю свои помыслы, творчество, открывая тайны бесконечного разнообразия света…”.И последняя цитата из С.Химочки, на сей раз из газетного очерка В.Петровй о нем, –“Вообще, когда начинаешь понимать, что мир – иллюзия, начинаешь сомневаться в завтрашнем дне. Картины, сам процесс их создания, спасают, возрождают из небытия. Если есть такая опора, то ты уже можешь не бояться тщетности прожитого! А главное – люди замечают это, чувствуют золото за покровом шелухи, озаренность, какую-то особую миссию моего бытия в них”…

Вот что хотелось сказать о Степане Ивановиче Химочке, художнике большого свето-цветового мастерства, чистой и искренней, одновременно многообразной палитры, художнике большого и жизненного таланта и, конечно, “особой миссии”, которую я вижу в верности и преданности Природе…

Станислав АЙДИНЯН,
директор культурных программ “Спейс”,
вице-президент Российско-итальянской Академии Феррони,
член Союза Российских писателей.