Главная » Статьи об искусстве » Об образах и творчестве Татьяны Абрамовой

Об образах и творчестве Татьяны Абрамовой

Станислав Айдинян

В современном искусстве определенное и достаточно почетное место занимают художники-традиционалисты. Это те, которые следуют устоявшимся традициям и жанрам в изобразительном искусстве. Художница Татьяна Абрамова создает декоративно-коллажные композиции из текстиля, кружева, бисера и других таинственно и неслучайно найденных антикварных материалов… Тут причудливо совместились традиционная, коллажная линия и ипровизационная, рождающая новации, линия варьирующая материал.
Автор оживляет стародавние антикварные, чудом дошедшие до нас из прошлого, – бисер, фарфор, перья, кружево, – и с их помощью создает принципиально новый художественный образ, появляющийся из творческого взаимодействия исходных находок- предметов и эстетического чутья, воображения прикладника-творца…

Татьяна Абрамова родилась в Москве. Она окончила Московский инженерно строительный институт (МИСИ) им. Куйбышева. Около двадцати лет работала в архитектурном колледже на кафедре реконструкции и реставрации зданий ведущим преподавателем. Вела дипломное проектирование по сложному, многотрудному предмету “Расчет строительных конструкций”, причем это было проектирование реальных объектов. И сегодня, проходя мимо филиала Малого театра на Ордынке, она вспоминает, как осуществляла проект реконструкции и восстановления этого здания. Немало строений Москвы обязаны Татьяне Абрамовой своей возрожденной жизнью, среди них – заново воссозданная колокольня старинной церкви на Люсиновской, и много других восстановленных православных храмов…
Занимаясь рекострукционным проектированием, осуществляя большую поисковую работу, находя станинные планы, чертежи, первоисточники, художница душою вобрала в себя эту великую необходимость – сохранить значимое, эстетически и духовно ценное… По слову Марины Цветаевой, – «Не упустить туда…» Туда – это в забвение, в небытие… Это чувство можно назвать бережностью, и оно развилось во многом благодаря специальности, но надо сказать что и в детстве Татьяны Абрамовой были к этому чувству серьезные и естественные предпосылки.

Они таятся в семейных традициях – у Татьяны прослеживается родственная связь с В.И.Немировичем – Данченко, классиком русской театральной режиссуры. Мать Владимира Ивановича и мать ее прадеда, Аршака Сергеевича Ягубова, – родные сестры. Сохранилась их фотография. Могилы сестер на Армянском кладбище в Москве – рядом. Дальнейшие захоронения ее родственников были в этих же могилах, в склепе.

Татьяна рассказывает: «Творчество мое началось в зрелом возрасте лет шесть назад. Я думаю, оно проснулось во мне, когда пришло понимание и развился вкус к старине. Хотя в эстетике старых вещей я росла с детства, наблюдая их в домашнем обиходе».

Самоценность старинных вещей… Их эстетическую сокровенность Татьяна Абрамова поднимает из-под напластований седого времени…
Возьмем, к примеру, декоративную композицию из антикварного текстиля «Барышня». Это произведение прикладного искусства относится к циклу «Образы прошлого». В композиции автором использованы антикварные перья конца девятнадцатого века – гусиные, страусовые, цапли. Лиф выполнен из шелковой сатиновой ленты и волана из батиста, украшенного
мережкой. Нагрудное украшение здесь – антикварная пряжка.
Любое из подобных изображений, созданных руками мастера-художника Татьяны Абрамовой, можно назвать «сверхручной» работой. Труда здесь вложено исключительно много. Какую ни возьми работу, увидишь массу проявленных или скрытых технических и эстетических нюансов. Татьяне хочется, чтобы ее работы пристально разглядывали, чтобы к ним внимательно присматривались, чтобы они у зрителя или зрительницы вызывали в ответ сильное чувство. И, нам кажется, что нет недостатка в тех, кто искренне, увлеченно восторгается достигнутым совершенством этих коллажных изящных созданий.

Приведем в пример диптих «Светлое детство», это парная композиция. В ней использованы антикварные картинки и кружевные мотивы, которые выполнены в технике «пуант-ляс» (от французского point-lase – ленточное кружево), орнаментированные мельчайшим, как манная крупа, старинным цветным бисером. Этот бисер умело закрывает швы, придавая композиции законченность, филигранность. Композиция дополнена антикварными пуговицами, обтянутыми металлической нитью.

У ремесленника работы похожи одна на другую, у мастера работы разные. Некоторые автор ценит больше, некоторые служат для продвижения к другому, новому этапу творчества. «Барышня», «Раздумье», «Радость», – весьма знаковые работы. В этом отношении нельзя не упомянуть и композицию «Кураж», пожалуй наиболее смелую, раскованную работу, где чувствуется и масштабность, и характер, и внешний динамический эффект. В материале здесь доминируют страусовые антикварные перья. На шее у женского образа брошка-пряжка из натурального шелка с перламутром. Милые, аккуратные башмачки сделаны по шаблону и обтянуты кожей, а сверх кожи — антикварная тканная сетка из металлизированной нити. Вот до каких тонкостей технически доходит художница при создании образа…
Бывает и так, что создавая композицию, Татьяна Абрамова потом дополняет найденную впоследствии деталь. К примеру, у нее есть работа, посвященная поэзии серебряного века, поэзии Игоря Северянина, она – тоже из серии «Образы прошлого». Так вот прямо на прическу художница добавила головной убор, маленький стильный «султанчик»…
Вообще говоря об «Образах прошлого», надо сказать о том, что это серия тонкого возвращения в эпоху, когда на улицах европейских столиц, на улицах Москвы и Петербурга можно было встретить таинственных красавиц, блоковских «незнакомок», носивших меховые боа и кружева велансьен… В творчестве Татьяны Абрамовой бесчисленны реминисценции к концу девятнадцатого, началу двадцатого века. Что-то от стиля модерн прослеживается в композиции «Радость» из того же цикла. Нечто подобное видится нам и в богато орнаментированной композиции «В саду», и в оригинальной, объемной за счет вкрапления стекла и фарфора композиции «Ожидание», и, особенно, в грациозных женских образах сделанных из камейно-рельефной бумаги, получивших название «Лики».
Обратим внимание еще на несколько выделенных в творчестве Абрамовой, знаковых работ.
Самой орнаментально-иероглифичной мы признаем композицию «Петухи». Она издали смотрится даже как архитектурно-гипсовая деталь, хотя на самом деле сделана на основе рукотворной вышивки по так же вручную созданной сетке. На фоне декоративных «розанов» строящих по углам композицию. Создается впечатление, что на сей раз перед нами эмблематическая версия, стилистически восходящая к классицизму…Т. Абрамова сделала ее из чудом сохранившихся элементов некогда роскошного, фантастически сложного женского наряда, элементов которого хватило художнице и на создание еще другой работы – «Большой овал».
Нельзя обойти молчанием и малую работу художницы-прикладника, что названа «Цветок-лебедь». Она состоит из двух частей, сделанных из нашитых плоских кружочков — пайеток, однотипных по стилистике. Первоначально это было две работы. Цветок и лебедь. Однако со временем произошло органичное соединение и получился уже единосущий образ лебедя, голова которого расцвела цветком, а нижняя часть стала телом лебедя, образовав неведомый дотоле спонтанно найденный символ…
Нельзя не сказать о декоративной композиции из антикварного бисера, в основу которого лег остаток того же старинного женского наряда, получивший название – «Реликвия». Тут композиционно верхний трилистник образует восходящий треугольник, а нижний – нисходящий… Эта эмблематическая работа в центре увенчана металлическим цветком – центральной деталью… В семье у Т. Абрамовой тоже есть своя реликвия, свой талисман. Это чашка, подаренная некогда Булатом Шалвовичем Окуджавой, ставшая семейной реликвией, талисманом…
Татьяна, создав столько впечатляющих, талантливых работ, продолжает творчески импровизировать, к ней приходят неустанно все новые замыслы, все новые возможности к рукотворному свершению… Большинство созданного ею относится к смешанной технике, некоторые – состоялись, рождаясь по мотивам европейской изобразительной классике, такова композиция «По мотивам Тулуз-Латрека». Тут желтоволосая субретка Лулу поет песенку, это ее желтые волосы, вызывающие, напоминающие о старом ночном Париже, воскрешают нам Иветту Гилбер, которую обессмертил Тулуз-Латрек, классик французского и мирового искусства.
Мы охотно растворяемся в цветном богатстве разнообразных творений Татьяны Абрамовой, изящный образ которой будто по волшебству продолжается в ее изящных и прихотливых, женственных и фантазийно-богатых произведениях, многотрудных ручных сотворениях.

Станислав Айдинян,
вице-президент Союза профессиональных художников,
искусствовед Федерации Акваживописи,
почетный член ученого совета Ассоциации художников-портретистов,
член правления Международной ассоциации содействия культуре,
член Союза Российских писателей