Главная » Статьи » Людмила Саницкая – «Колыбельная дождя» – книга тихой лирической струны…

Людмила Саницкая – «Колыбельная дождя» – книга тихой лирической струны…

Людмила Саницкая «Колыбельная дождя» (Стихи о любви) – М., «Вест-Консалтинг», 2016

Книга с тихим лирическим названием  «Колыбельная дождя» принадлежит перу Людмилы Саницкой. Она автор опытный, у неё опубликовано шесть сборников поэзии и книга мемуарной прозы «Вверх по ручью». Печаталась в уважаемых и известных альманахах и журналах… У неё немало литературных заслуг и публикаций, она лауреат многих литературных премий (Грибоедова, Лермонтова, Есенина, Булгакова), она долгие годы входила и полноправно входит в известное  литературное сообщество женщин-поэтов «Московитянка»…

 

У книги Людмилы есть подзаголовок – «Стихи о любви». Впрочем, почти все стихи, написанные на планете Земля – так или иначе – о любви. Даже если они о любви космической или о любви к Родине.  Недаром Борис Пастернак как-то воскликнул:  – «Да что такое жизнь, что такое жизнь, если не любовь?» Основа поэзии тоже, как и сама жизнь, зиждется на чувстве притягательном, пророческом… Своей теплотой оно, конечно, очень сродни любви…

 

У Людмилы Саницкой  речь идёт прежде всего о любви земной, о её  радостях и горестях, о «девятом вале» чувственного прибоя, увиденного несколько созерцательно, сдержанно, как бы со стороны… Марина Цветаева как-то заметила – «Сдержанный человек, это когда есть, что сдерживать».

 

На страницах книги – зримо и незримо – действуют, чувствуют, живут лирические герои – Он и Она. Они, каждый по-своему, трогают струны жизни… Но его душевные движения мы видим прежде всего глазами её, она в книге – центр мира, лирический центр, а мы знаем, что любая точка может стать центром мира… Она, лирическая героиня, непрестанно чувствует и мыслит. Это она готова «разжать ладонь» навстречу его голосу!..

 

У Людмилы Саницкой в одном из решающих, по нашему мнению,  стихотворений сборника предстает странный, загадочный образ зелёного корабля, парусника, он рождён из «колыбели дождя». Дождь в этом стихотворении всё окрашивает в зелёный цвет. Кораблю суждено когда-нибудь вплыть в золотой и червонный цвет осени. Но это не сейчас, погодя… Строго индивидуальный образ зелёного корабля не почерпнут из традиционного арсенала принятой образности европейской или восточной поэзии…

 

Многие стихотворения Л. Саницкой  действительно написаны как сквозь туманную дымку дождя. И стихи эти подчас не что иное, как тонкие, женственные, поэтичные наблюдения над природой и жизнью…

 

Лирическая героиня чувствует себя порой «виноватой» перед своим героем, который может быть «молчаливым, скучать и злиться…» или может запретить ей «быть грустной, плачущей, усталой…» – и мы понимаем, какой это подвиг – преданная, осторожная и, главное, самоотверженная Любовь. И эта позиция глубоко любящего человека вызывает уважение. Как-то у Александра Блока спросили, как он относится к Анне Ахматовой. Он долго не хотел отвечать, затем все же ответил – «Она пишет стихи, как перед Мужчиной, а надо писать как перед Богом!..» А. Блок писал подавляющее большинство своих собственных стихотворений именно как перед Женщиной, а не как перед Богом!.. Марина Цветаева, которая, как и Ахматова, часто тоже писала «как перед Мужчиной», об Ахматовой сказала: – «Ахматова – это совершенство, но в этом её предел…». Так, значит, может быть лирическая женская поэзия в максимальном выражении таланта «совершенством», даже если она не подымается до высочайших теургических высот, завещанных нам поэтами-пророками, мыслителями – Владимиром. Соловьевым, Андреем  Белым, Вячеславом Ивановым…

 

Свою «Колыбельную дождя» Людмила Саницкая в предисловии «От автора» открыто называет  «лирическим дневником»… Хотя тут же оговаривается, что в неё вошли стихи как написанные в юности, так  и созданные в ту пору, когда «эмоциональные бури стихают». Юношеским, например, видится стихотворение «Весна», в котором – предощущение жизни. То же можно сказать о – «Дальний мой!..», где чувствуется ранимость души, тронутой тенью смуты. Или в следующем – «Это зыбко, это спорно…», где есть строки:

…Ни от нормы, ни от права,

ни от шутки, ни от зла…

Только странная отрава

дымом на душу легла.

Только тонкое запястье

обвила цветная нить.

Только хочется со счастьем

эти странности сравнить.

Не зыбкая ли тень увлечения, соблазна тронула девичью душу?!. Сверчок может заиграть на скрипке чувства внезапно, не вовремя, не в тот миг, не в тот год или когда кажется, что уже поздно. А когда-то было слишком рано… Что ж, тут чувства живут в их радужном и веерно-широком спектре… Ведь в жизни человека когда-то неизбежно начинается путь по тропинкам чувствований, возникает чуть слышный, полный нюансов диалог. Идут вечные сравнения образов людей с образами Природы и даже Сиреневый Куст может в воображении поэта предстать хмурым и северным, как избранник лирической героини.

 

Для Л. Саницкой, объёмно чувствующей реальность,  все оживает, раскрывается, или создаётся, как, например, в том же стихотворении далее рождается исключительно поэтичный, прямо зримый образ лета:

…Там яблоки светом горят изнутри

И духом малинным исходит лукошко

И цвет земляничный у стёкол в окошке,

И сок земляничный в полоске зари…

Мир, встающий со страниц «Колыбельной дождя» прежде всего обаятелен. И своеобразен своими авторскими нюансами – вот, в стихотворении «Говоришь умно и многословно…», которое относится к теме «сердца горестных замет» – и эта тема занимает немалое место в сборнике – автор говорит о том, как лирический герой красноречив и остроумен, но ей, лирической героине, хочется остыть от лицедейства, она обращается ко всесильному Времени,  просит его охранить от марева обмана и соблазна… Но взмывом, бурею чувства она внезапно прерывает себя:

…Или нет – дай заболеть надеждой,

Обмануться дай в последний раз!..

Это правда в будничных одеждах,

Это правда разлучает нас…

При кажущейся простоте – какой динамический поворот, какая жажда – вновь очароваться и увлечься речью, именно «заболеть надеждою» на ответное чувство… Надеждою любящие именно болеют… Психологической и лирической правдой  веет тут от многих строк.

 

Также одним из лучших стихотворений сборника нам видится  «Я плавать не умею, а плыву…». В нём лирическая героиня «плывёт по течению» жизни, и хотя она плывёт одна, но она ранена чувством и в её душе есть Любовь, есть любимый. А как тонко передана стихия уносящая, стихия жизни, данная через образ воды, течения!

Я плавать не умею, а плыву,

Как волосы осоки – по теченью.

На мне блестит спокойное свеченье

Высоких звезд, вкраплённых в синеву…

И потом – образ «лодки с переломленным веслом», неудержимо минующей «мель и быстрину»…

 

К Мудрости осознания приходит поэт, когда в стихотворении «Нет более в звучанье слов» описывает своё ощущение обретения Основы, когда слова лишаются своего «платья», обличья, и поэт ощущает «лишь первозданное свеченье их сокровеннейших основ»… Вот и духовный по сути мотив, который прихотливо, но органично вплетён в эту книгу тихой лирической струны…

 

Автор сам даёт читателям «компас» для чтения книги, когда стихотворения объединяет в циклы – «Предчувствие», «Встреча», «Счастье», «Расставание», «Память», «Эпилог». В этих, казалось бы, простых, «однословных» или «односложных» названиях, собственно, всечеловеческая история каждой любви. И эта обобщённость, конечно, сильная сторона книги – обобщение даёт многим, если не всем стихам возможность быть и в циклах, и вне их…

 

Людмила Саницкая не пользуется тяжелыми каскадами сложных по смыслу и строфическому строю метафор, хотя это часто свойственно современной российской поэзии. Её поэзия создаёт образ за образом, она может быть поступательно повествовательной и оттого реалистичной. Но когда в её стихотворении «Зима»  «кукушка в ходиках стенных» «дробит» тишину пустую, мы понимаем, что эта «простая» образная система по-своему точна, выверена… И читатель с интересом построчно наблюдает за тем, как мир, опустошённый «слепым нашествием разлуки», наполняется светом из окна, наполняется и голосом пророчицы-кукушки, кукующей надежду:

 

…И долго-долго со стены

Душе кукушка толковала,

Что жизнь ещё не миновала,

А лишь застыла до весны.

Особого слова заслуживает художник-иллюстратор «Колыбельной дождя» Татьяна Марковцева, ныне живущая в США. В художественных кругах говорят, что «высший пилотаж» графика, рисовальщика состоит в умении, рисуя, создать образ, который был бы рожден единой «извивной» линией… Вроде того, как Пикассо мог нарисовать быка буквально несколькими линиями… Так вот, Татьяна Марковцева с исключительным изяществом и линейным минимализмом разнообразно, профессионально очень тонко и женственно, «сопровождает» безусловно талантливые и умные чувством стихотворения Людмилы Саницкой своими графическими листами-изображениями, составляющими причудливую «лунную» галерею.

Во вступительной статье Кирилла Ковальджи, написанной к сборнику Л. Саницкой «Час Водолея» (2015) есть строки, относящиеся ко всему её творчеству. Кирилл Владимирович о стихах Людмилы Николаевны пишет: «Можно читать подряд, можно наугад, но нельзя не почувствовать, что вступаешь в область поэзии, в мир, где автор — поэт, а не просто сочинитель стихов… Книга обращена к читателю, и она его найдёт. Это добрая выстраданная книга, овеянная музыкальностью слова». Этими словами известного поэта и литературного критика, верными и в отношении книги «Колыбельная дождя», мы завершаем наш положительный отклик…

 

Станислав Айдинян,

заместитель председателя Южнорусского союза писателей, вице-президент Российско-итальянской академии Феррони, член Союза российских писателей, член Конгресса литераторов Украины, член ученого совета Литературно-художественного музея М. и А. Цветаевых.